Год: 2022

Анна Алексеевна Горностаева
Московский государственный лингвистический университет, 
г. Москва

Аннотация. Статья посвящена иронии как категории дискурса, ее роли и месту в двух сопоставляемых культурах – англоязычной и русскоязычной. Цель исследования – рассмотреть особенности порождения и понимания иронии с точки зрения национального стиля коммуникации и проследить отражение этих особенностей в рамках функционально-прагматического аспекта. Предлагается новая методика анализа иронии в русле этностилистики. Устанавливается зависимость между определенной коммуникативной ценностью и ее отражением в ироническом национальном дискурсе, что находит воплощение в практическом аспекте: функциях, механизмах порождения иронии и языковых средствах ее репрезентации.
Ключевые слова: ирония, этностиль, коммуникация, коммуникативные ценности, дискурс.
Abstact. The article is devoted to irony as discourse category, its place and role in the two contrasting cultures – English and Russian. The study aims at viewing the peculiarities of irony formation and interpretation from the point of national communicative style and revealing these features in the aspect of functions and pragmatics. The new methodology of irony analysis in the frame of ethnostylistics is suggested. The paper states the connection between a certain communicative value and its reflection in ironic discourse, which is demonstrated in functions, mechanisms of irony and language means of its representation.
Key words: irony, ethnic style, communication, communicative values, discourse.

Этностиль и коммуникативные ценности английской и русской культуры
В последнее время активно развивается новое междисциплинарное направление – коммуникативная этностилистика, целью которой является систематизация национально-культурных особенностей поведения в виде этнокультурных стилей коммуникативного поведения, или коммуникативных этностилей. В данной работе на базе идей этностилистики предлагается новая гипотеза о проявлении этностиля, а именно коммуникативных ценностей, в ироничности дискурса. Основная идея данного исследования заключается в том, чтобы проследить связь между стилем коммуникации и языковой репрезентацией иронии и создать новую методику анализа иронии в дискурсе на базе моделирования порождения иронии и ее функционирования. Отправной точкой анализа предлагается считать особенности этностиля, такие, как коммуникативные ценности культуры.
Культурные и коммуникативные ценности играют важную роль в формировании этнокультурного стиля коммуникации. Если под культурными ценностями традиционно понимается «совокупность материальных и духовных ценностей, созданных человеком», то коммуникативными называются ценности, «имеющие отношение к коммуникативному сознанию и обеспечивающие коммуникативную деятельность человека». Они в наибольшей степени влияют на поведение народа, на формирование национального стиля коммуникации. Среди основных ценностей английской культуры исследователи чаще всего выделяют индивидуализм, рационализм, независимость, прагматизм, соревновательность, равенство, традиционализм, толерантность и др. Среди основных ценностей русской культуры исследователи называют прежде всего соборность, общинность, коллективность, общительность, гостеприимство, искренность, эмоциональность, духовность (непрагматизм), скромность и др.
Для построения моделей иронии коммуникативные ценности рассматриваются попарно, в сопоставительном аспекте. Наиболее важные, на наш взгляд, ценности образовали следующие пары для англо-саксонской и русской коммуникативной культуры соответственно: зона личной автономии – соборность, прагматизм – непрагматизм, соревновательность – скромность. Данные пары представляют собой противоположности, заявленные ценности демонстрируют кардинально различное мировоззрение в рассматриваемых культурах. Последняя пара – равенство – искренность – не являются противоположностями, эти ценности рассматриваются по отдельности.
Термины “irony” и «ирония»
Одной из главных сложностей анализа иронии в сопоставительном аспекте в английском и русском дискурсах является несовпадение семантики слов irony и ирония. Лексико-семантический анализ этих слов показывает, что есть ряд существенных различий, главное из которых заключается в следующем: если в английских словарях ирония (irony) часто связывается с такими понятиями, как смешное, забавное, юмористический эффект, и определяется как вид юмора, в котором используются слова с противоположным значением, то в русских словарных дефинициях иронии присутствуют слова насмешка, поношение, осмеяние, т.е. ирония определяется главным образом как скрытый инструмент осуждения. Английская irony ближе по смыслу к таким синонимам, как incongruity, paradox и absurdity, в то время как русская ирония приближается к издевательству, глуму, ерничанью.
Такое различие в семантике дает возможность говорить о разной иронической модальности, которая в английском дискурсе приближается к позитивной, то есть заключает в себе положительный настрой автора, а в русском дискурсе стремится к негативному полюсу, так как выражает критическое отношение к объекту иронии. Модальность находит выражение в функциях, выполняемых иронией в дискурсе.

Ирония как категория дискурса
Рассмотрение иронии как категории дискурса необходимо проводить с учетом трех сторон, участвующих в ироническом общении: объекта, над которым иронизируют, автора иронического высказывания и адресата (который тоже может являться объектом). Для иронической коммуникации, проходящей в публичном пространстве, нужно учитывать и косвенного адресата – аудиторию.
Принимая во внимание необходимость расширения традиционного определения иронии, мы учли следующие факторы: 1) иронический смысл совсем не обязательно является обратным буквальному, а может быть преувеличением или преуменьшением реального свойства объекта, корректированием буквального смысла; 2) функция иронии не сводится к выражению скрытой насмешки; 3) ирония не всегда обладает негативной модальностью. Таким образом, предлагается новое расширенное определение иронии как категории дискурса: это речевое взаимодействие между автором и адресатом, имеющее в основе импликатуру (скрытый смысл), реализуемое за счет сочетания высказанного и невысказанного и, как правило, нарушающее коммуникативные ожидания собеседника.
Функции иронии в дискурсе
Ирония служит эффективным тактическим приемом реализации коммуникативной стратегии, способствуя, при адекватном ее использовании, осуществлению коммуникативной цели и реализации намерения автора, а при неадекватном использовании – уклонению от исходной коммуникативной цели. Поскольку ирония обладает как негативной, так и позитивной модальностью, ее функции также можно расположить на шкале от «плюса» к «минусу», крайне негативной точкой которой будет агрессия, а позитивный полюс выражен функцией гармонизации межличностных отношений. При применении моделей функционирования иронии в дискурсе мы отметили, что одно и то же ироническое высказывание может выполнять одновременно несколько функций, как положительного, так и отрицательного характера. Нами выделены функции иронии, которые могут быть представлены в виде парадигм, противоположные полюса которых не противоречат друг другу, но могут объединяться и действовать совместно. Это: нападение – защита, сближение – дистанцирование, самовозвышение – самопринижение, сглаживание конфликтов – обострение конфликтов.
Таким образом ирония имеет двоякую природу: с одной стороны, она создает условия для сближения говорящего с аудиторией и установления неформальной доброжелательной атмосферы общения, с другой стороны, устанавливает дистанцию и обеспечивает неприкосновенность личного пространства автора.

Механизмы и языковые средства выражения иронии
В связи с разнообразием подходов к изучению иронии выделение такого понятия как «механизм иронии» с последующей классификацией этих механизмов представляется довольно сложным вопросом. С лингвистической точки зрения этой проблемой занимались многие исследователи, выделяя такие механизмы, как различные типы повторов, цитирование, аллюзии, комментирование, введение в текст модальности и модальных слов, утверждение абсурда, ироническое соответствие и сравнение, риторический вопрос и другие. На наш взгляд, механизм иронии можно определить как способ построения высказывания путем употребления языковых средств для реализации одной или нескольких функций иронии. Наиболее удачной представляется классификация, предложенная нами для иронических механизмов, действующих в дискурсе: сопоставление несопоставимого, ирония парадокса; двусмысленность; механизм абсурдного вывода; открытие очевидного; отрицание очевидного; категорическое противоречие; неожиданная смена стилевого регистра.
Механизмы иронии и средства ее выражения разнообразны, они часто пересекаются и действуют совместно, не противореча друг другу, или могут существовать по отдельности. Выбор определенного механизма зависит от коммуникативной цели говорящего и обусловливает оптимальное воздействие на адресата при помощи адекватно выбранных языковых средств.
Говоря о языковых средствах, необходимо отметить, что ирония, как правило, не имеет своих средств выражения, а выводится из контекста. Тем не менее, в лингвистической науке представлена классификация средств реализации иронии, из всего обилия которых наиболее продуктивными для моделирования иронии представляются ироническая метафора, ироническое сравнение, цитирование, гипербола и ироническая игра слов.

Моделирование иронии в дискурсе
Материалом исследования послужили выступления английских. американских и российских политиков и деятелей культуры в период с 2009 по 2022 гг. С целью выявления закономерностей использования иронии и анализа ее функционально-прагматического аспекта в каждом из дискурсов из этих устных и письменных текстов были выделены иронические высказывания, а также фрагменты диалогов, относящихся к ироническому речевому жанру; общее количество фрагментов – 350 единиц, с равным количеством английских и русских высказываний), а также около 500 слов и словосочетаний, употребленных в ироническом значении.
Моделирование иронии проводилось поэтапно по схеме:
1. Порождение иронии: Коммуникативная интенция говорящего + коммуникативные ценности национальной культуры + индивидуальные особенности говорящего + ситуативный контекст  ирония в дискурсе.
2. Функционально-прагматический аспект: Ирония в дискурсе  функция иронии + механизм иронии + языковые средства выражения иронии.
Использование предложенных моделей позволяет установить связь между этностилем (коммуникативными ценностями) и параметрами функционирования иронии в дискурсе (функции, механизмы, языковые средства).
Рассмотрим примеры моделирования иронии в англоязычном и русскоязычном политическом дискурсе. В примере (1) ирония представлена во фразе Дэвида Кэмерона в ответ на критику его оппонента Эда Миллибанда. Так, из речи Д. Кэмерона, адресованной партии консерваторов, следует, что он полон сил и готов к борьбе за процветание страны. Пафос речи смягчается шутливым отступлением: If you saw me in these pictures of me on the beach this summer in Cornwall you know one thing: I’ve got the stomach for the fight. In his speech last week Ed Milliband promised he would never be photographed with his shirt off in public. After hearing this speech, Ed, here is the deal: you keep your shirt on – I keep the lights on [YouTube. 2013 Tory party conference. PM David Cameron keynote speech, 02.10.2013]. (Если вы видели мои фотографии этим летом на пляже в Корнуолле, вы знаете, что я готов к борьбе (букв: у меня есть живот). В своей речи на прошлой неделе Эд Миллибанд обещал, что его никогда не сфотографируют без рубашки. Я слышал эту речь. Хорошо, Эд, договорились: ты сохраняй хладнокровие (букв: не снимай свою рубашку), а я буду все контролировать (букв: не выключать свет). Для глубинного понимания этой иронической фразы необходимо знание экстралингвистической ситуации: фотографии Д. Кэмерона с обнаженным торсом во время отдыха на пляже были опубликованы в газетах, за что политик (в то время Премьер-министр Великобритании) подвергся насмешкам со стороны оппозиции, которая критиковала его неидеальную фигуру (склонность к полноте) и распущенность (тот факт, что позволил фотографировать себя в раздетом виде). Это вторжение в зону личной автономии повлекло необходимость отреагировать и защититься. Используя иронию в защитной функции, Д. Кэмерон одновременно самовыражается, противопоставляя себя противнику. Во фразе три раза используется игра слов: выражение I’ve got the stomach употребляется сразу в двух значениях – в прямом («у меня есть живот»), в намеке на свою полноту, и в переносном («я имею смелость сделать что-либо»); обыгрывается выражение keep one’s shirt on («сохранять самообладание», букв. «носить рубашку»); и выражение keep the lights on (контролировать все). Самоирония премьер-министра предупреждает возможные насмешки, символически поднимает его над политическими противниками и выставляет в наилучшем свете – как неутомимого борца за общее дело. Укол в адрес оппонента совершен весьма умело: Кэмерон подчеркивает, что пока сам он занимается важными делами, его политический противник обращает внимание на ерунду. Весь этот подтекст становится понятным только при глубоком анализе имплицитной иронии с учетом всех параметров предложенной модели: коммуникативная интенция говорящего (прекратить обсуждение фотографий) + коммуникативные ценности национальной культуры (зона личной автономии, соревновательность) + индивидуальные особенности говорящего (готовность к ироническим экспромтам, самоироничность, быстрота реакции) + ситуативный контекст (необходимость отреагировать на критику оппонента и сохранить лицо)  ирония в ПД; ирония в ПД  функционально-прагматический аспект (защита личной автономии, самовозвышение) + механизм иронии (двусмысленность) + языковые средства выражения иронии (ироническая игра слов). При помощи иронии говорящий достигает своей цели: нападки на него прекращаются, тема опубликованных фотографий больше не поднимается.
Пример (2) представляет собой ответ С.В. Лаврова на вопрос журналиста, в котором глава российского МИД заявил, что полное прерывание контактов между Россией и Западом в эпоху глобализации невозможно. И добавил про своих западных коллег, что если [они] будут опускать железный занавес, то ненароком могут себе чего-нибудь прищемить [youtube.com/watch?v=dEMmZ7JdRjc]. Простая, фамильярно-неофициальная манера является иронической маской и намеренно используется в данном контексте для акцентирования мысли. Таким образом работает иронический механизм смены регистра, когда необходимо привлечь внимание собеседника и аудитории. По схеме формирования иронии: коммуникативная интенция оратора (реакция на угрозу – ответная угроза) + коммуникативные ценности национальной культуры (коллективизм, соборность) + индивидуальные особенности (решительность и категоричность на фоне тактичности и дипломатичности) + ситуативный контекст (неформальная обстановка, довольно агрессивный тон журналиста, задавшего вопрос)  ирония в ПД. В данном случае коммуникативная ценность русской культуры – коллективизм (в противовес индивидуализму западной культуры) – выражается в иронической аллюзии, основанной на ответном нападении.
Итоги и выводы
Функционально-прагматический аппарат иронии в англоязычном и русскоязычном дискурсе различен и определяется коммуникативными ценностями. Анализ материала показал, что в первом из них в большинстве случаев ирония служит оптимизации межличностных отношений (то есть обладает позитивной модальностью) и чаще выполняет функцию защиты, чем нападения; во втором из них ирония – это скорее насмешка, средство нападения, способ проявления агрессии (в этом проявляется ее негативная модальность). Результаты исследования позволили сделать следующие обобщения и выводы:
1. Установлены некоторые закономерности между определенной коммуникативной ценностью культуры и ее воплощением в политическом дискурсе, а именно:
– Зона личной автономии находит проявление в имплицитной иронии, часто выполняющей функцию защиты.
– Соборность и искренность могут проявляться в эксплицитной иронии, часто выполняющей функцию критики и нападения.
– Зона личной автономии часто отражена в функции дистанцирования.
– Соборность часто отражена в функции сближения (с аудиторией).
2. Установлены некоторые закономерности между взаимоопределяющими параметрами анализа языковой репрезентации иронии в дискурсе (функции, механизмы, языковые средства), а именно:
– Преобладание защитной функции иронии, механизма двусмысленности и парадокса в английском дискурсе и преобладание иронии в функции нападения с использованием механизма открытия очевидного и смены стилевого регистра в русском дискурсе;
– Преобладание иронической метафоры, иронического сравнения и иронической языковой игры как языковых средств и приемов выражения иронии в обоих дискурсах.
3. Установлены следующие тенденции употребления иронии в сопоставительном аспекте:
– Имплицитная ирония часто реализовывается за счет механизма двусмысленности.
– Эксплицитная ирония может реализовываться за счет механизма открытия очевидного и механизма смены стилевого регистра.
– В английском языке, где само понятие “irony” близко по смыслу к понятию «парадокс», популярен механизм иронии «сопоставление несопоставимого», который часто обеспечивается за счет иронической игры слов.
– В русском языке, где понятие «ирония» близко к понятию «насмешка, глумление», популярен механизм иронии смена стилевых регистров, который часто обеспечивается за счет иронической метафоры.
В ходе исследования подтвердилось предположение о проявлении этнокультурных особенностей иронии в дискурсе, что было показано в моделях построения иронии, различных для сопоставляемых дискурсов.